Полицейская машина которую с тщанием и любовью натаскивала на подавление студенческих беспорядков последние 40 лет французская буржуазия победила. Пока.
Пока, потому, что все понимают — борьба еще не закончена. Лишая молодых людей до 26 лет, впервые устраивающихся на работу, то есть сегодняшних и завтрашних студентов, основных трудовых прав, в частности, права оспаривать увольнение в суде по трудовым спорам, правительство правых понимало — даром им это не сойдет. Но и уступать Вильпен не намерен. Победив когда-то на выборах под лозунгом борьбы с безработицей и создания новых рабочих мест, он, убедившись в своей неспособности выполнить предвыборные обещания, полон решимости обмануть избирателей, создав видимость борьбы с безработицей. Действуя от начала и до конца в интересах буржуазии, он пытается одним выстрелом убить двух зайцев: формально снизить процент безработицы за счет частичной занятости и подорвать профсоюзные права французских рабочих, разделить их на «полноценных» специалистов и «неполноценную» неопытную молодежь.
Однако, результат может оказаться, и к этому все идет, прямо противоположным. Протестный энтузиазм молодежи, канализированный было в разного рода безобидный антиглобализм, вдруг приобрел классовый характер. Оставив в стороне будущих менеджеров и паразитов, мало озабоченных трудовым кодексом, он объединил под одними лозунгами завтрашних инженеров, учителей, врачей и упорно сражающихся с наступлением на свои права вот уже десять лет французских рабочих.
Как результат, неизбежен приход нового поколения молодых активистов в профсоюзы с их одновременной рационализацией. Соединение массовой уличной борьбы с традициями общенациональных забастовок. Одним росчерком пера президент Франции добился того за что вот уже несколько десятилетий безуспешно боролись французские левые.