В Пекине открылся 16-й съезд компартии Китая, на котором произойдет плановая, но от того не менее драматичная смена поколений. Цзян Цзэминь снимает с себя бразды правления партией и государством. Как это повлияет на будущее Поднебесной и отношения Китая с остальным миром?
Крупнейшая по населению страна мира замерла в ожидании перемен. Главная интрига 16-го съезда правящей партии — кто возглавит четвертое поколение кормчих Поднебесной. К первому относят революционера Мао, ко второму — патриарха Дэн Сяопина, и к третьему, нынешнему поколению — Цзян Цзэминя. Именно он открывал сегодня съезд, который для него, судя по всему, — прощальный. Во Дворце народных собраний в Пекине все традиционно — серп и молот, гимн, аплодисменты.
Первое выступление — за генеральным секретарем партии. Речь Цзэминя не выглядела как отчет за годы правления — скорее это было напутствие новым руководителям Китая. «Мы должны стимулировать экономический рост, создавать новые рабочие места, добиваться стабилизации цен, — говорит он, — чтобы к середине XXI века закончить модернизацию экономики и превратить Китай в богатую, могущественную, цивилизованную социалистическую державу».
Партия уходит от постулатов о «диктатуре пролетариата» и «классовой борьбе». Вместо этого предлагают принимать в коммунисты не только рабочих, крестьян, но и представителей других слоев населения. То есть — частных предпринимателей и бизнесменов.
В деревне Ханминь — самой что ни на есть глубинке — за годы реформ вновь возникли те, кого коммунисты называли «кулаками». Поворот партии к бизнесу, такие фермеры, как Цзю Цзинлиань, воспринимают как революцию — им даже обещаны руководящие посты вплоть до членства в ЦК. «Я изменила свое мнение к партии, после того, как Цзян Цзэминь сказал, что в партию будут принимать представителей частного бизнеса, — говорит хозяйка фермы. — Я привыкла считать, что в коммунистическую партию принимают только пролетариев и простых, бедных людей». Впрочем, в одном китайские коммунисты себе не изменяют: в стране сохраняется монополия на власть только одной партии. Инакомыслие — вне закона. Правда, как и 13 лет назад, на улицы Пекина вновь было осмелились выйти диссиденты. Но их тотчас арестовали и увезли в неизвестном направлении.
Впрочем, большинство китайцев — если даже у них и есть сомнения — прилюдно против власти партии предпочитает не выступать. Например, партийная акция за чистоту улиц: за выброшенный окурок — отныне штраф от 3 до 6 долларов. При всех разговорах об экономическом буме для рабочих и крестьян — это весьма приличная сумма. Но китайцы славятся своим смирением.
«У нас конечно, есть некоторые опасения, — говорит китайский крестьянин. — Если новое руководство будет не таким хорошим, как нынешнее, это будет плохо. Поэтому я думаю, что гораздо лучше будет, если страной будут править нынешние начальники».
Приемником Цзэминя, возможно, станет нынешний вице-президент Ху Цзиньтао, которому уже несколько лет прочат место генерального секретаря. Впрочем, имя нового лидера страны остается тайной за семью печатями. Стены резиденции китайской политической элиты надежно хранят свои секреты.