Политика Сталина-Бухарина создала крайне опасную ситуацию в сельской местности, где кулаки становились мощной силой, враждебной Советской власти. Здесь хорошо виден грубый эмпиризм Сталина и недостаток у него марксистского понимания. В феврале 1928 он писал: «НЭП — основа нашей экономической политики, и будет, ей оставаться еще долгое время». В апреле того же года, Сталин и Пленум ЦК принял решение, в котором говорилось, что «только лгуны и революционеры могут распространять слухи об отмене НЭПа».
Левая оппозиция, непрерывно предупреждала кулацкой опасности и требовала смены политики. Но все их призывы не были услышаны. В течение нескольких месяцев произошел крутой поворот. Кулаки организовали «хлебную забастовку» как первый шаг капиталистической контрреволюции. К концу 1927 года снижение запасов зерна в городах приняло угрожающие размеры. Сталин делает разворот на 180 градусов, объявив о «ликвидации кулачества как класса».
В 1930 Троцкий предупреждал, что коллективизация крестьянства должна проходить постепенно и на добровольном основании, чтобы не обострять конфликт между пролетариатом и крестьянством. Он считал, что сперва, не более 20%-25% крестьянских хозяйств должны быть коллективизированы.
Это позиция соответствовала отношению Ленина к коллективизации. Но вместо этого Сталин настоял на коллективизации всего — от коров до кур. В процессе коллективизации, не делалось никакого различия между кулаками и середняками. Результатом стало война, во время которой Красной Армии пришлось подавлять крестьянские восстания. В результате политики Сталина, в 1932-1933 годах наступил ужасный голод. Миллионы людей умерли от голода. На Украине и в Средней Азии дело дошло до каннибализма. С экономической точки зрения не было никакого смысла в коллективизации в таких масштабах, когда советская промышленность не имела возможности снабдить колхозы тракторами и комбайнами. Как иронически заметил Троцкий: «…нельзя создать большой пароход, собрав много рыбацких лодченок».
Позднее Сталину пришлось отступить, но ущерб уже был нанесен. Советское сельское хозяйство так и не смогло оправиться от этого удара. Эта неправильная сталинская политика принудительной коллективизации сельского хозяйства вызвала ужасные бедствия, в результате начался страшный голод.
В промышленности Сталин совершил аналогичный зигзаг. Когда, Троцкий после смерти Ленина, защищал политику индустриализации, основанной на пятилетних планах и электрификации, он был обвинен в «сверхиндустриализации». Сталин высмеял предложение Троцкого построить Днэпрогэс, сравнив его с крестьянином который вместо коровы покупает грамофон. Но теперь, идеи Троцкого о пятилетнем плане, которые он прежде осуждал, Сталин внезапно объявил в «пятилетки в четыре года». Все это вело к гигантским перекосам в промышленности, которые приходилась исправлять ценой больших потерь.
Однако, выполнение пятилетних планов было гигантским шагом вперед для СССР, которые позволили ему вытянуть себя из ужасной отсталости и провести индустриализацию в короткие сроки. На самом деле, Сталин украл идеи из политики Левой Оппозиции, которые он предварительно осуждал. Но он скопировал их в искаженном виде и проводил в бюрократической манере.
Не было никакого желания выполнить наиболее важные требования Оппозиции, касающихся рабочей демократии и интернационализма. Результатом этого была не подлинная социалистическая политика, а бюрократическая карикатура. Однако, этот левый крен Сталина интерпретировался многими оппозиционерами как доказательство, что их политика взята за основу.
Многие видные лидеры оппозиции, начиная с Каменева и Зиновьева, сдались Сталину. Но капитуляция — скользкая дорожка. Это может войти в привычку. В будущем они капитулировали еще раз, в дальнейшем Сталин, использовав их, после чего он ликвидировал их. Никакая капитуляция не могла спасти оппозиционеров. Упрочение сталинизма требовало полного уничтожения Старых Большевиков.
Решающим поворотным моментом в перерождении партии, стал отмен партмаксимума. Эта ленинская мера была предназначена, для предотвращения формирования привилегированного слоя «коммунистических» бюрократов. Ленин объяснял, что существование неравенства в зарплате есть следствие капитализма, которое будет исчезать по мере продвижения общества к социализму. Развитие производительных сил сопровождалось бы общим увеличением жизненного уровня, и неравенство будут иметь тенденцию к сокращению.
Однако, в сталинистской России все происходило наоборот. Вместо сокращения неравенства, происходило огромное увеличение в разнице жизненного уровня рабочего класса и верхних слоев бюрократии в частности.
В своей речи в 1931 году Сталин говорил о «счастливой жизни» советских людей. В это время жизненный уровень рабочих был чрезвычайно низок, и заработная плата в 30-е годы рабочих оставалась на низком уровне, несмотря на колоссальные достижения пятилетних планов. Одновременно, «счастливая жизнь» была реальностью для миллионов должностных лиц в партии и государстве; они жили очень хорошо. В дополнение к прочим привилегиям, бюрократия имела сеть закрытых магазинов и столовых, которые могли посещать лишь партийные и беспартийные должностные лица. Спецмагазинах они могли покупать любые товары недоступные простым рабочим.
Ленинские принципы всячески попирались. Ленин говорил, что различия в зарплатах есть наследие капитализма, которое будет изживаться по мере продвижения к социализму. В СССР происходило прямо противоположное. Из этого хорошо видно, что произошло в России, Восточной Европе и Китае за последние десять или двадцать лет.
После смерти Ленина ВКП(б) испытывала процесс бюрократического вырождения, которое вылилось в диктатуру Сталина. Но для того, чтобы утвердить свою власть, Сталину, сперва было необходимо, уничтожить ленинскую партию. Он сделал это, физически истребив большевистскую партию в печально известных Чистках.
«Коммунистическая» партия при Сталине была преобразована в бюрократический клуб. Фактически, это была уже не партия, а часть государственной машины -средство для управления рабочим классом и карьерного роста. Хотя в партии и оставались честные люди, подавляющее большинство составляли карьеристы, подхалимы и просто неподготовленные члены партии.
В 1935 году Общество Старых Большевиков было распущено, позднее та же участь постигла Общество Бывших Политкаторжан и Ссыльнопереселенцев. История партии переписывалась, чтобы прославить Сталина и всякие свидетели, знающие истинную историю Революции, были ему не нужны. Молодежь также представляла большую угрозу. По личной инициативе Сталина Комсомол был реорганизован, чтобы устранить из него «врагов народа».
Первые политические процессы прошли в 1930 году. Совершенно невинные инженеры были сделаны козлами отпущения за экономический хаос, вызванный сумасшедшей политикой «пятилетку в четыре года». Подсудимых обвинили в организации саботажа по заданию французского Генерального штаба. Они были вынуждены признаться в несуществующих преступлениях, и были приговорены к длительным тюремным срокам. Это была генеральная репетиция перед Московскими процессами.
В это же время прошел суд над «Бюро Меньшевиков». Эти люди ранее неизвестные, и которые в свое время принадлежали к меньшевикам, теперь отошли от политики. Их также обвинили в организации саботажа и подготовку военной интервенции в СССР. В этом не было ни слова правды.
Семнадцатый Съезд в октябре 1934 года был объявлен «съездом победителей». Делегаты соревновались между собой в восхвалениях Вождя, но в последующем почти все 2 000 делегатов этого съезда стали жертвами сталинского террора. На этом съезде выяснилось, что Киров, ленинградский партийный руководитель, стал слишком популярным. Он постоянно срывал аплодисменты и был избран в Секретариат ЦК. Это решение подразумевало, что Киров будет переведен в Москву, где он сможет конкурировать со Сталиным. Фактически, беды принудительной коллективизации и экономических проблем, вызванных неумелым проведением пятилетнего плана, привели к росту сомнений в Сталине, и многие в партии хотели бы сменить его на Кирова. Это предопределило его судьбу.
1 декабря 1934, Киров был убит молодым коммунистом, Леонидом Николаевым. Фактически, Николаев стал орудием в руках ГПУ и Сталина. Провокаторская роль Николаева становится видна из следующего факта. В 1934 у него был обнаружен дневник, в котором говорил о своем критическом отношении к руководству партии, и о своих террористических настроениях. После этого он был исключен из партии, но после восстановлен. И, тем не менее, он смог устроиться на работу в Смольном. В виду этих данных непостижимо, что Николаеву позволили свободно подойти к Кирову, который, как и другие руководители партии имели телохранителей. Однако, в этот момент около него не было ни одного телохранителя. Сразу после убийства, были предприняты шаги по уничтожения свидетелей и заметания следов. Кроме самого Николаева, который был растрелен, эта же участь постигла и телохранителей Кирова и его шофера, а также семью Николаева. Нет никакого сомнения, что это убийство было спланировано Сталиным. Он боялся Кирова как конкурента. В то время как Сталин терял популярность, имя Кирова циркулировало в кругах партии как возможная замена. Поэтому его было необходимо устранить.
Первоначально в убийстве Кирова обвинили белогвардейские элементы, но в последствие было заявлено, что организаторами были «враги народа» Каменев и Зиновьев, действующие по приказу «фашистского наймита Троцкого». Они были тайно арестованы в 1935 году, обвинены в политической ответственности за убийство Кирова.
Сдавшись один раз перед Сталиным, они теперь снова пошли на капитуляцию. Сталин обещал сохранить им жизнь в обмен на признание, и после покаяния их сосали в лагеря. Но этого было мало для Сталина. Он хотел их смерти. После 18 месяцев, заключенных вернули в Москву для нового суда.
19 августа, когда проходило обсуждение Сталинской конституции («самой демократичной конституции в мире»), 16 ведущих эксоппозиционеров возглавляемых Зиновьевым и Каменевым, вместе с Евдокимовым и И. М. Смирновым, были осуждены. На сей раз, их обвинили, не «в политической ответственности» за убийство Кирова, а в организации террористических действий против Сталина, Ворошилова, Кагановича и Жданова, по инструкциям и руководством Троцкого.
Этот суд был попыткой оправдать массовые аресты несогласных с политикой Сталина. Во время слушаний обвиняемых принуждали оговаривать себя. Каменев говорил, что он и Зиновьев служили фашизму, а Троцкий готовил переворот в СССР. Зиновьев заявил, что «троцкизм — вариант фашизма». Эти «признания» не спасли их, они были расстреляны. За двенадцать месяцев этого суда, 100 000 человек было арестовано в одном только Ленинграде.
Методы расследования ГПУ были противозаконными. Обвиняемого будили среди ночи, держали в одиночках, били, истязали, угрожали их семьям, вымогали ложные признания. Допросы продолжались непрерывно день и ночь, от 16 до 24 часов, без перерыва на сон (система «конвейера»). Те, кто так и не признавался, исчезал или был убит. Широко применялись провокаторы, чтобы спроектировать обвинение. Детей заставляли оговаривать своих родителей.
Главной целью Чистки было уничтожить Старую большевистскую партию, уничтожить поколение большевиков, и тем самым упрочить положение бюрократии. Любой, кто еще помнил старые демократические и интернационалистические традиции Ленина, считался очень опасным. Как обычный уголовный преступник, Сталин уничтожал всех свидетелей. Но кроме этого был и личный повод. Сталин был посредственностью, который не мог сравниться со Старыми большевистскими лидерами. По сравнению с Бухариным, Каменевым и даже Зиновьевым, не говоря уж о Троцком, он был ничто. Именно поэтому он испытывал чувство ненависти к Старым большевикам.
Сталин был садистом, который получал удовольствия видя мучения своих жертв. Он перенес в Москву из Грузии примитивные методы кровной вражды, по которой не только враги должны быть убиты, но так же и их родственники. Он лично просматривал списки жертв и решал, кто будет жить, а кто умрет. Из общего количества в 700 000 дел, он подписал примерно 400, с общем количеством в 40 000 человек. В этих списков в основном были имена соратников Ленина. Сталин имел очень простой рецепт для допросов: «бейте, бейте и снова бейте». Во время первых судов руководителем ОГПУ-НКВД был Генрих Ягода. Он выполнял все указания Вождя, но без должного энтузиазма. Сталин был разъярен, тем, что Ягода в 1936 так и не смог получить признания от Каменева и Зиновьева признания в убийстве Кирова. Он ему сказал: «Вы плохо работаете, Генрих Григорьевич. Я уже знаю, что Киров был убит по приказу Каменева и Зиновьева, но Вы не смогли доказать это!».
Ягода был коррумпированный чиновник и презренный карьерист, чьи руки были по локоть в крови, но он был старым членом партии, с 1907 года, и он придерживался старых традиций и иногда не решался выполнить самые чудовищные преступления. Это предрешило его судьбу. Он был уволен, подвергнут судебному преследованию, обвинен в преступлениях, среди которых было убийство Горького и, в конце концов, расстрелян.
Горький, который имел мягкое сердце, имел обыкновение ходатайствовать перед Лениным за арестованных, и теперь он пробовал поступать также перед Сталиным. Но Сталин был не Ленин. Его раздражали мольбы старика. Но Горький был очень известен, чтобы арестовать его. Поэтому вполне вероятно, что Сталин убив Горького, свалил потом все на Ягоду. Это было в стиле Сталина.
Год 1937 стал синонимом безудержного сталинского террора. Человек, сменивший Ягоду, Николай Ежов, был монстром в руках Сталина. Ради него Ежов был готов на все. Этот человек был совершенным воплощением политической контрреволюции Сталина.
В лагерях миллионы умирали от работы и от голода. Между 1929 и 1934 средняя продолжительность жизни упала на два года. И все же Вождь считал, что условия в лагерях слишком хороши: «они похожи на курорт». До 1937 политика лагерной администрации, не была на истребление заключенных, хотя многие и умирали от голода и тяжелой работы. Но приход Ежова изменил ситуацию. После его назначения ситуация крайне ухудшилась. Максимальное наказание было увеличено с десяти до двадцати пяти лет. Это было равносильно смертельному приговору.
Согласно докладу, Ежова в конце 36 и начале 37 года, в центральных учреждениях Москвы были тысячи «троцкистских злоумышленников» были арестованы. Между октябрем 1936 и февралем 1937, аресту подверглись следующие служащие Народного Коммисариата: Транспорта — 141, Пищевая промышленность — 100, Легкой промышленности-60, Внутренней торговли — 82, Сельское хозяйство — 102, Финансы — 35, Образования -228 и. т. д. Позже ситуация стала еще хуже. 12 декабря 1938, Сталин и Молотов санкционировали смерть для 3 167 человек, после чего спокойно пошли смотреть кино. Теперь известно, что НКВД, имело план на аресты, и выполняла его, как будто это был план по производству стали, углю или картошке.
Машина сталинской пропаганды работала без устали. Организовывались митинги под лозунгами: «Смерть фашистским наймитам!», «Сокрушим троцкистских паразитов!» и «Троцкизм — это фашизм!». 6 марта Правда утверждала, что «троцкисты — находка для мирового фашизма […], малое число этой банды не должно успокаивать нас, мы должны десятикратно увеличить нашу бдительность». 15-го марта 1938, «Вечерняя Москва» изрыгала: «История знает, что никакие злые дела не сравнятся с преступлениями банды антисоветского Право-Троцкистского Блока. Шпионаж, саботаж и террор проводимый бандитом Троцким и его сообщниками Бухариным, Рыковым и другими, вызывают чувство гнева, ненависти и презрения не только у советских людей, но и у всего прогрессивного человечества».
История знает, что никакие злые дела не сравнятся с преступлениями антисоветской сталинистской банды бюрократии. Сталин развязал террор против советских людей. Десятки миллионов невинных были арестованы, осуждены и сосланы в ГУЛАГ. Чистки подверглись и спецслужбы. В 1937-1938 годах 23 000 офицеров НКВД были арестованы.
Но не все жертвы доживали до суда. Профсоюзный лидер Томский, представитель правой бухаринской оппозиции, совершил самоубийство. Жена Сталина, Надежда Алилуева такжа покончила с собой. Честная женщина она симпатизировала Бухарину. Она выстрелила в себя в знак протеста против морального и политического вероломства Сталина. Позже подобная судьба постигла и Серго Орджоникидзе, старого друга и товарища Сталина. Сталин арестовал его брата. От общего 139 членов и кандидатов в члены ЦК, избранного на Семнадцатом Съезде в 1934, 98 — то есть 70% — были убиты. Во время ареста многие из них подвергались нечеловеческим пыткам и издевательствам.
Сталин с подозрением относился к Красной Армии, которая была создана Троцким. Многие из ее руководителей, герои Гражданской войны, и боролись под руководством Троцкого и были под его влиянием. Многие из них были очень талантливы, как, например, Тухачевский. Бывший офицер царской армии, Тухачевский перешел на сторону Революции и искренне ей служил. Он командовал Красной Армией в войне против Врангеля и Белополяков. В 1920 его войска дошли до Варшавы, где они были разбиты, из-за преступных действий сталинских марионеток Ворошилова и Буденного, которые отказались перебросить 1-у Конную армию оставив ее пода Львовом. В результате Красная Армия потерпела поражение у самых ворот Варшавы, что стало одной из причин поражения Мировой революции, изолировав Российскую и Немецкую революции.
Польский диктатор Пилсудский впоследствии говорил, что: «Ситуация казалась мне крайне безнадежной. Я видел одно единственное, светлое пятно на темном горизонте в отказе Буденного начать атаку на мой тыл». В 1935 Тухачевский был сделан Маршалом Красной Армии. Это было вполне заслуженно.
Тухачевский считал, что Мировая война будет войной танков и самолетов. Сталин не доверял Тухачевскому и всему руководству Красной Армии. Когда Тухачевский потребовал увеличить количество танков и самолетов в Красной Армии, Сталин отказался.
Сталин, являясь посредственностью, всегда ненавидел талантливых людей. На фоне Тухачевского его военные способности были незначительны. Но еще больше Сталин боялся военного переворота. Именно поэтому он обвинил Тухачевского и других руководителей Красной Армии в союзе с Гитлером.
Известный советский композитор, Дмитрий Шостакович был личным другом Тухачевского. В своих мемуарах он писал: «Теперь известно, что Тухачевский был убит объединенными усилиями Сталина и Гитлера. Но нельзя преувеличивать роль немецкой разведки в этом вопросе. Если бы не было тех фальшивых документов, которые „обвиняли” Тухачевского, Сталин избавился бы от него так или иначе».
Сталин заменил его своими близкими друзьями Буденным и Ворошиловым, которые придерживались старых военных взглядов. Они считали одержать победу в будущей войне при помощи конницы. Только после первых сокрушительных поражений Красной Армии в 1942 году Сталин осознал свою ошибку, но это дорого стоило советскому народу. Так же получилось и с ракетами. Сталин арестовал всех ленинградских специалистов ракетной техники, и впоследствии все пришлось начинать с нуля. Чистки уничтожили лучшие кадры Красной Армии и ослабили СССР. Тухачевский, Якир и другие были тайно убиты, что говорит о том, что они так и не признались. Чистка Армии идущая весь 1938 год, привела к устранению 90% всех генералов, 80% полковников и 30 000 более других офицеров. Это привело к ослаблению Красной Армии накануне Второй Мировой войны. Этот факт стал одним из главных аргументов, которые убедили Гитлера напасть на СССР. Он отмел все возражения генералов, словами: «Они не имеют знающих генералов».
В марте 1938 суд над 21 открылся в Москве. На скамье подсудимых оказались Бухарин, Рыков, Крестинский, Раковский и другие члены так называемого Право-Троцкистского Блока. Эти Старые Большевики были названы бывшим меньшевиком Вышинским, как «зловонными», «помесью гиены и шакала», «цепными псами империализма» и так далее. Правда назвала эту пародию на суд «самым демократичным народным судом в мире». 2 марта 1938, бывший меньшевик Вышинский оскорблял человека, которого Ленин назвал «любимец партии». «Вот сидит Бухарин со склоненной головой, двуличный предатель, хныкающий, злобный […] руководитель банды шпионов, террористов и мошенников, подстрекателя убийств […] Этот грязный маленький Бухарин».
Хоть эти слова и читал Вышинский, их автором был Сталин, который любил поиздеваться над жертвой перед ее убийством. «Лицемерие и вероломство этого человека, превышают наиболее вероломные и чудовищные преступления в истории человечества». Эти слова не могут относиться к Бухарину, революционеру безупречной честности и преданности, но совершенно подходят непосредственно к Сталину.
Бухарин позже заявил: «признание обвиняемого -средневековый принцип юриспруденции […] я не признавал себя виновным […], я не знаю об этот […], я отрицаю это […], я категорически отрицаю любое соучастие».
Не только троцкисты были убиты, но также и многие сталинисты, кто попал в немилость Вождю. Абель Енукидзе, например, был расстрелян, после попыток спасти жизни Старых Большевиков. Не удовлетворившись убийством своих врагов, Сталин вымещал свою злобу на их родственниках и друзьях. Сотни тысяч людей попадали в лагеря как «члены семей предателя родины». Среди них были жена и сестры Тухачевского, жена Бухарина, первая жена Троцкого и его старший сын Сергей, который был далек от активной политики. После своего ареста он отказался оговорить отца, и был расстрелян.
Методы ГПУ были непосредственно обнародованы удивительным способом на этих процессах. Когда Ягода был сам подвергнут судебному преследованию, Вышинский объявил (11 марта 1938): «Ягода стоял на вершине пирамиды убийств людей наиболее опасными способами. Он сказал последнее слово в „науке” зверств». Среди множества вранья и искажений, которыми изобилуют эти процессы — это вероятно единственные, верные слова. Ежов достиг небывалого могущества. Возник даже культ Ежова. Ежов официально назывался «Любимец народа». Появилось даже выражение «Ежовые рукавицы». Но это была опасная вещь создавать другой культ при Сталине. Ежов даже предложил переименовать в Москву в Сталинодар. Однако, Сталин был не настолько глуп, чтобы пойти на это.
Вместо этого он арестовал Ежова в 1938 году. Ежов был назначен ответственным за все ужасы во время Чисток, и заменен на грузинскую марионетку Лаврентия Берия. «Любимец народа» был арестован и сгинул в Гулаге.
Единственной, серьезной оппозицией Сталину была Левая Оппозиция. Сталин читал все, что писал Троцкий, и требовал его устранения. Русские троцкисты (большевики-ленинцы) сохранили свою преданность принципам Большевизма и верили в перспективу Мировой революции. Они не сдавались даже в концентрационных сталинских лагерях. Они и там продолжали сопротивление, объявляя голодовки и протесты. В морозной тундре, они шли на смерть с Интернационалом на устах. Сталин уничтожил почти все ленинские традиции на территории СССР. Но один человек все еще бросал ему вызов — этот человек, главный помощник Ленина, архитектор революции и основатель Красной Армии, Лев Давыдович Троцкий. Пока Троцкий оставался живым Сталин не мог чувствовать себя спокойно.
Преследование им Троцкого не было только вопросом личной ненависти, — хотя это то же была причиной. Главное было, то, что он боялся, что идеи и программа Троцкого и Большевиков-Ленинцев получат поддержку в рабочем классе. Это не было праздным опасением. В рабочем классе СССР копилось недовольство растущем неравенством и привилегиями бюрократии.
Из сообщений НКВД Сталин хорошо знал реальное положение дел в стране. Из партийных протоколов Медногорской стройки, можно понять условия жизни рабочих: «Бараки рабочих были переполнены, с потолка на них капала вода. В бараках было холодно. Не было никакой санитарии. На стройках не было столовых. До вечера рабочие не могли поесть горячей пищи. Многие женщины, как сообщалось, живут практически на улице. Никто не обращает на них внимания, некоторые из этих беззащитных существ, грозят наложить на себя руки. Растет число невыплат зарплат. Все это „пренебрежение элементарными потребностями рабочих вызывают горечь и возмущение со стороны рабочих".
Настроения многих рабочих описывались как «угрожающие» и «непосредственно контрреволюционные». Например, во время обсуждения конституции 1936 года плотник Степан Данин и рабочие его бригады говорили, что: «мы должны разрешить существование нескольких политических партий в нашей стране — как это происходит в буржуазных странах, они будут показывать ошибки Коммунистической партии», «эксплуатация в нашей стране не была устранена, коммунисты и инженеры нанимают и эксплуатируют нас», «троцкисты Каменев и Зиновьев, не должны быть расстреляны, поскольку они Старые большевики», «На вопрос агитатора, кого можно назвать Старым Большевиком, один рабочий ответил Троцкий».
Именно поэтому Сталин пристально следил за высказываниями Троцкого. Все статьи Троцкого ложились ему на стол. Агенты Сталина в Париже убили сына Троцкого, Льва Седова, который играл ключевую роль в движении. Это был серьезный удар по 4-му Интернационалу, который только недавно родился. Один за другим Сталиным были убиты товарищи, друзья и родственники Троцкого.
Офицеру НКВД Судоплатову было поручено убийство Троцкого. Первое вооруженное нападение на его дом в Койякане потерпело неудачу. Но за ним последовало другое, успешное. 20 августа 1940, Лев Давыдович был убит одним из агентов Сталина в Мехико.